Видеоинформ   Наследие  
Досье
 Дизайн   Проект  

назад в раздел Досье

Сказочный мир Хундертвассера

17.04.2010
«Мне все равно – выгляжу я смешно или нет. Я полностью это осознаю. Я живу в какой-то золотой башне. Мне надоело, что я только там и живу, и что я обеспечен и что я счастлив от того, что все сделано из кобальта и серебра. И когда я смотрю на улицу, я вижу, что все наполнено прямыми линиями и все заключены в тюрьму, а это так страшно, что это отравляет мне жизнь. Я предпочел бы смотреть куда-нибудь и видеть как оно прекрасно везде, и было бы важно для людей начать строить самостоятельно свои замки. Ибо, если они начнут это делать раз и навсегда, то я не знаю, чем это все закончится. Лично мне нездоровится, когда я гуляю по улицам, которые все одинаковы и на которых все окна похожи друг на друга. Лично я больше не могу это видеть. И я удивлен, что люди ходят каждый день по этим улицам, которые прямые как линейки, и никто не протестует. И я считаю, что две последние революции закончились, и они добились своих целей – революция против голода и революция за свободу – и все-таки больше ничего уже не работает. А сегодня начинается такое порабощение, которое хуже тех, которые мы уже пережили…»


Отель Rogner Bad Blumau, Австрия, 1993-1997


“Я посмотрел в зеркало и увидел странную улыбку. Именно тогда я знал – я был одним из великих.”


Дом Хундертвассера в Вене.

Невозможно найти двух окон одинаковых форм и размеров. Неровные стены, фасад расчерченный ассиметричными четырехугольниками, пол как лесные тропинки и огромное количество разнообразной растительности.

Дом Хундертвассера на Левенгассе


Мусоросжигательный завод (Шпиттелау, Вена), 1988–1992


Жилой комплекс “In The Meadow Hills”. Архитектурная модель. 1984-1992

- Фриденсрайх Хундертвассер. Фрагмент речи в обнаженном виде за право на третью кожу, 1967

Половина Вены безоговорочно гордится им, вторая половина негодует, считая, что, если дать автору волю, он порушит старую имперскую архитектуру, изведет на корню знаменитый стиль бидермайер и застроит элегантную Вену своими разноцветными пряничными зданиями, смахивающими на жилища гномов из сказок братьев Гримм. "Хундертвассер - это кич!" - кричат ненавистники. "Хундертвассер - гений!" - спорят поклонники. Эксцентричный, на все руки мастер, провокатор, фанатик, космополит в творчестве и по жизни, бродяга и артист. И не по чуть-чуть, а на полную катушку. В общем, человек-оркестр.
Все началось полвека назад, когда двадцатилетний юноша из еврейской семьи, от которой после 1943 года почти ничего не осталось, путешествуя по Италии, сменил собственное имя Фридерик Стовассер на более интернациональное и эстетичное - Фриденсрайх Хундертвассер. Он успел проучиться всего три месяца в венской Академии изящных искусств у профессора с символическим именем Робин Христиан Андерсен, испытал влияние художников-экспрессионистов Уолтера Кампманна и Эгона Шиле и укатил в долгое путешествие. Сменяли друг друга города северной Италии, Тоскана, Рим, Неаполь, Сицилия, Флоренция. В Париже он поступил в Школу изящных искусств, но после первого же дня бросил занятия. Он создал собственный оригинальный графический стиль, похожий на безумные воронки "Звездной ночи" ван Гога и рушащиеся церкви Аристарха Лентулова. Спираль, изобретенная Хундертвассером в молодости, стала на всю жизнь его любимой темой, формой и содержанием. Он рисовал эти бурные, красочные водовороты со страстью и упоением. Сейчас, кстати, графические работы Хундертвассера занимают почетный этаж в KunstHaus. Он увлекался теорией трансавтоматизма, был немного сюрреалистом, немного абстракционистом, не избежал влияния орнаментов и извивов архитектуры Гауди, но главное - в лучшем виде усвоил все открытия русского авангарда 20-х годов от Филонова до конструктивистов. Хотя, когда видишь золотой купол над Домом или глазурованные разноцветные колонны у входа, почему-то вспоминается собор Василия Блаженного.
Он долгие годы эпатировал культурную общественность экстравагантными выходками. Вместе с художниками Эрнстом Фукстом и Арнульфом Райнером основал универсальную академию всех творческих сфер "Пинторариум"; читая лекции в гамбургской Академии изящных искусств, упорно рисовал вместе с Базоном Броком и Хербертом Шульцем "Бесконечную линию" - в результате курс лекций закончился скандалом. Сочинил манифест "Право на третью кожу", который обнаженным прочитал в 1967 году в Мюнхене изумленной публике. Второе "голое" выступление с манифестом-бойкотом называлось "Loose from Loos". Кажется, в третий раз он устраивал мужской стриптиз перед тогдашним мэром Вены во время борьбы за проект своего Дома. Если учесть, что мэром была женщина, это уже смахивает на легенду. Хотя чем Хундертвассер не шутит.
Начал разрабатывать авторский дизайн фасадов, декларируя экологическую бескомпромиссность. Вообще взаимоотношения с природой были всегда чрезвычайно важны для художника, бережно вписывающего свои объекты в ее мир. Он с радостью брался за все, делал эскизы почтовых марок и очень в этом преуспел, так что в 1997 году получил гран-при филателистов Германии. Фильм о нем показывали в Каннах; первым среди европейских художников Хундертвассер вдохновил японских скульпторов по дереву, создавших по его образцам резные скульптуры.
Открытый всем народам, Хундертвассер рисовал почтовые марки для республик Сенегал и Берег Слоновой Кости. В День Хундертвассера в Вашингтоне (18 ноября 1980 года) на площади Правосудия посадили первые двенадцать из сотни деревьев, и художник представил антиядерный плакат, агитировавший за экологию против ядерного вооружения. "Человек и природа должны жить в гармонии", - декларировал Хундертвассер.
Он считает, что живопись сродни религиозной деятельности. Он получает стимулы извне, чувствует какую-то неведомую силу, которая приходит или не приходит, чтобы управлять рукой художника. В былые времена сказали бы, что это Муза. "Конечно, идиотская идея, но вдохновляет", - усмехается художник. Он не признает амбиций вроде силы воли, образованности и перфекционизма. "Я хочу, чтобы меня звали волшебником растительности или чем-то в этом роде". Его энтузиазма хватает на оформление церквей и на дизайн детских центров, на развитие современного искусства и на заботу об облике города. Он удостоен Почетной золотой медали города Вены и Почетной золотой медали земли Штирия, с которой его связывает один из самых громких проектов последних лет.
В местечке Блюмау на юго-востоке Австрии искали нефть, а открыли два минеральных источника. В этом регионе подобное - не редкость, так что разочарованные геологи закопали кипящие струи обратно и залили все бетоном. Но местные власти не желали сдаваться. В Блюмау было решено построить оздоровительный центр.

Как раз незадолго до этого Хундертвассер придумал модель "Катящихся гор". Ее-то он и воплотил в строительстве термального комплекса. Бад Блюмау превратился в уникальное произведение искусства. Несколько корпусов отеля построены в узнаваемой, так любимой некоторыми и ненавидимой другими, манере. Окошки домиков - как водится, разных размеров и форм - бессистемной россыпью оживляют и без того забавные фасады. Все здания вписаны в причудливый местный ландшафт, поэтому крыши строений зеленятся травой и кустарниками, дома как бы выбираются из-под земли, не нарушая ее естественного покрова. Так работает принцип гармоничного союза человека с природой, который Хундертвассер проповедует на словах и реализует на деле. В свое время Хундертвассер вывел теорию диктатуры окон и их права на самоопределение. Он говорил о том, что дома с упорядоченными линиями фасадов подобны концлагерю, что каждое окно-индивидуум имеет право на свою собственную жизнь. Дома состоят не из стен - это иллюзия, - а из окон. Все свои лукавые декларации художник честно воплотил в жизнь. Он построил здания, свободные от общепринятых норм и клише, где природа и человек встретились не на почве борьбы и самоутверждения, а на основе творчества. Дом Хундертвассера, строившийся с 1977 по 1986 год, стал первым свободным Домом и реализацией мечты художника. В бесконтрольной неправильности его линий ощущалась страсть к приключениям, принадлежность к волшебной стране, где соблюдаются права окон и деревьев, где полы не дают соскучиться в своей неровности, а крыши зарастают буйной растительностью. Где красота в широком смысле не имеет препятствий.
Его архитектурный стиль вошел в историю как "естественный", "экологичный" и "биоморфный". Он не любил прямых линий и называл их "орудием Дьявола", предпочитая им кривые и изгибы. В его постройках всегда были растения: крыши зданий покрыты дерном, а деревья растут прямо в жилых комнатах, их кроны высовываются в окна. "Деревья-квартиросъемщики" – это его визитная карточка. Только пуская растения в свой дом, можно хоть как-то извиниться перед природой за изуродованную экологию, считал он.

Идея одинаковых домов-коробок приводила Хундертвассера в отчаяние. Он считал, что каждый жилец такой "коробки" имеет право высунуться из своего окна и раскрасить или как-то иначе изменить стену вокруг него, куда рук и кисти хватит. Битая керамическая плитка, из которой можно сложить мозаику, купола-маковки золотого или голубого цвета – и серая "коробка" превращалась в теремок. Художник спасал мир от монотонности и даже в этих целях в повседневной жизни носил …разные носки!


Первоисточники:
http://www.hundertwasser.ru/index.htm
http://www.germania-online.ru/gesellschaft/obshchestvo-detal/datum/2010/01/25/khundertvasser-dom-gde-rastut-derevja.html
http://www.peoples.ru/art/architecture/hundertwasser/index.html








(с) 2002-2017 СибДИЗАЙН.ру При перепечатке материалов прямая ссылка обязательна