Андрей Чернов: «High–tech не может быть hand-made».

подготовка интервью: Татьяна Злыгостева
фото: Андрей Аленкин

Андрей Чернов - новосибирский архитектор, художник и дизайнер, известный нестандартностью своих работ. Его проект, представленный на «Золотой Капители»-2006, не оставил равнодушными не только посетителей экспозиции, но и организаторов конкурса. Концепция «домика с колоннами» Андрея Чернова доказывает, что образность архитектурного произведения может быть значимой вне зависимости от его функциональности и даже – здравого смысла.

Андрей Александрович, расскажите о вашем отношении к конкурсу «Золотая Капитель».

«Золотая Капитель», конечно, нужна, ведь по сути – это выставка, смотр последних достижений новосибирской архитектуры. Но мне бы хотелось, чтобы она имела более широкую географию, например, можно представлять больше работ из европейской части России. Иначе «Золотая Капитель» и дальше будет иметь только местное значение. Тем более что мне как-то странно считать ее конкурсом. Должен быть единый стиль подачи, строго определенные условия в конкретных номинациях. Сейчас мы видим не только разный, но и разноплановый уровень работ – кто-то делает практичные вещи, кто-то более продвинутые, современные. Их сложно сравнивать между собой. Возможно, и экспозиция была продумана не до конца. Возьмем, например, художественное произведение: одно написано в масле, другое сделано в графическом виде. Лучше или хуже – решить невозможно.

Если считать «Золотую Капитель» смотром, показателем того, что происходит в архитектурной среде Сибири, то, что же происходит?

Мало интересного. Это, видимо, связано не с архитектурой вообще, а больше с теми, кто ее заказывает.

То есть, невозможна архитектура без заказчика?

В принципе, возможна - во всем мире так и происходит. Проект заказывают мастеру. Он почти единолично определяет, каким будет здание в итоге. Лучшие объекты западной архитектуры непонятны для российского заказчика. Архитектура – это такой вид искусства, для восприятия которого требуется интеллектуальный уровень, намного опережающий уровень развития среднего человека.

Получается, что в Европе средний уровень выше, чем у нас?

У них есть доверие к культовым личностям. И этот культ связан с именами. А назовите живого российского великого архитектора? Можно произносить разные фамилии, но только мертвых. Мы знаем Леонидова, мы знаем конструктивистов. Из современных архитекторов мы можем говорить только об европейских мастерах. Как обычно, в нашем отечестве пророка нет.

Значит у нас в Сибири восприятие художественного у среднего человека не развито?

Конечно, но развиваться ему было не с чего. Все выросли в хрущевках, или в панельных девятиэтажках, одинаковых по всей России. Если человек все время видит вокруг себя бесцветный мир, как он может делать цветную живопись? Он существует в черно – белом измерении на протяжении тридцати – сорока лет, и вдруг ему говорят: «Посмотри, сколько вокруг разных цветов!» Такова, на мой взгляд, ситуация с российской архитектурой: человек начинает хватать красный, зеленый, синий, лепит все в кучу, и ему кажется, что это красиво. Он не понимает, что есть оттенки, цветовая гармония, колористические наработки. Он еще дикий - вот почему стиль архитектуры девяностых годов определяют как купеческий. Теремки, башенки (замки из детских книжек) – мы можем видеть такие здания по всей России. И называется это – «а я люблю классику», люди не понимают, что такое классика. Классический стиль – достаточно строг, на самом деле они любят ампир или барокко – что-то пышное и богатое.

Но за последние годы ситуация меняется?

Ситуация меняется медленно, но в лучшую сторону - меняется уровень заказчика. Люди катаются по миру, смотрят. Любой человек постепенно развивается, если имеет возможность видеть образцы более развитой культуры.

Авторская работа, как и раньше, не востребована?

А я о чем и говорю, у нас нет пророков в своем отечестве, нет кумиров, и именно в архитектуре. Не принято. Часто наблюдается такая ситуация, когда наши современные наработки могут быть признаны в своей стране только после признания их на Западе. Как с бумажной архитектурой – серьезные, маститые архитекторы просто хохотали.

А не стало ли больше людей, которые хотят видеть что-то индивидуальное в своем частном интерьере?

Нет, никто не хочет индивидуального. Все хотят, как в журнале. У нас большинство дизайнеров так и работают – они переводчики из журналов в реальность. Дизайнеры делают хорошие, качественные интерьеры в евростиле – интерьеры становятся похожими как близнецы. Но можно ли говорить об индивидуальности, если все сводится к расстановке итальянской мебели? И только процентов пять – претензия на оригинальность: попытаться как-нибудь по стене царапнуть – подсмотреть приемчик у известного дизайнера.

Если в Новосибирске архитектурной культуры нет, то в Москве она есть?

В Москве обязательно есть, да и в Новосибирске тоже, вопрос, какова доля в общем пироге. Какую часть занимает искусство в общественном слоеном пироге? У нас – только следы, как полония. Я имею в виду изобразительное искусство, в остальных областях, в музыке, например, ситуация гораздо лучше.

А могут ли такие проекты, как Ваша галерея, что-то изменить?

Мы стараемся показывать мало известных и много молодых авторов. Но, во-первых, она у нас маленькая, а во-вторых, галерея – это не бизнес, к сожалению. В Новосибирске все галереи на уровне выживания. В выигрышном положении находятся те галеристы, которые по сути занимаются меценатством. Для них это хобби, а нам, повторюсь, приходится выживать. Для такого большого города очень странно иметь так мало галерей: «Артгалерея», моя, «Старый город», «Сибирские мастера», не считая разных эпизодических площадок. А население, тем временем, под два миллиона. В крупнейших городах галерей – сотни!

В одном из интервью Вы говорили о том, что Вам близок подход немецких деконструктивистов. А как Вы моги бы определить Ваш собственный стиль?

Я не слишком глубоко задумываюсь, в каком стиле работаю, он проявляется сам. Ведь стиль - это определенные приемы, которые были наработаны, приняты на вооружение группой архитекторов. Если я буду использовать такой декоративный элемент, как капитель – сразу определяется стиль. Если капитель и классические орнаменты буду использовать в хайтеке, то что это: хайтек или классика? Сделать колонны в суперсовременном материале, который меняет цвет, температуру. Как в таком случае определять стиль? Современная архитектура в целом – игры с формами. И конструктивизм, и деконструктивизим – обозначения одного и того же: художественного выражения автора, просто один выражает это в палочках, другой – в крестиках или гнутых линиях. Даже наш конструктивизм, который пропагандировал чистоту конструкций, ими на самом деле украшал здание, не был практичным. Чистый конструктивизм можно найти на любом заводе. Мне, например, кажется, что лучшее здание в городе – элеватор на Большевистской. Оно колоссально по масштабам, хорошо посажено – хоть Мэрию туда переноси!

Расскажите о проектах, над которыми Вы сейчас работаете.

Сейчас делаю деревянный макет здания в центре города – пора уже возвращаться в архитектуру. Собственно говоря, девяностые годы у меня в этом смысле выпали, но заниматься только интерьерами мне совершенно неинтересно.

Почему неинтересно?

Представьте, что человека научили играть на рояле, а потом дали три клавиши – играй! Можно, конечно, пытаться из трех нот создавать композиции, но они будут неполноценными. Хотя я люблю делать авторские дизайнерские вещи - столы, стулья. Вот сковал из меди камин, еще один из дерева.

И последний вопрос – о проекте, который Вы представили на «Золотой капители». Почему возникла именно такая идея?

История домика такова: мне заказали проект на уже существующем фундаменте. Его надо было просто переделать. Дом огромный, живут там два человека. Представитель заказчика сказал: «Шеф любит колонны». Меня заинтересовала эта ключевая фраза потому, что у определенной категории заказчиков просто в голове не укладывается, что архитектор может за него что-то решить. Они считают, архитектор – это лакей, который будет делать то, что ему прикажешь. Бывают такие вредные, что с ними просто битва происходит. Вот я тут же и влепил колонны по периметру. И сразу получилось то, что получилось. Ну а дальше я стал модифицировать проект, делать разные варианты.

И, в конце концов, заказчик не согласился с Вашей версией?

Да конечно! Ему это было совершенно не нужно. А зря – колонны предполагалось сделать из дерева, и дом – деревянный. Он находится в лесу, где огромные сосны тоже как колонны. И здание с колоннами – храм! Было бы неплохо, на мой взгляд – перепутать одно с другим: дом растворялся в среде. Но при этом, я просто уверен, что дома для них – это игрушки, и в его понимании игрушка – другая. Может, ему надо было сайдингом обшить или штукатурочку сделать. А, может, колонн было слишком много. Но я бы себе такой домик с колоннами построил, была бы возможность. Почему нет? Плюс ко всему в них можно что-то спрятать, хотя в данном случае я использовал конструктивный элемент в качестве декора. Но без такого приема архитектура невозможна, никто так и не проектирует – сделали голую конструкцию, и стало красиво. Начинают украшать в определенном стиле. Нужен хайтек - делаем тросики, конструкции. Кстати, в моем понимании хайтек более широк – это что-то быстро изготавливаемое, штампованное, минимум ручного труда. У нас же все это делается вручную. Хайтек вручную – это не хайтек. В Москве один дизайнер делает вещи, очень похожие на итальянский хайтек, но вытачивает из алюминия на заводе. Очень похоже, аккуратненько, но хайтек - это технология: чмок – и машина сделала. Это стулья пластиковые прозрачные Филиппа Старка - штамповка. Она должна стоить очень дешево, это стиль бедных, а его используют перевернуто, ведь это для общей массы, как мыльницы. Вот мобильный телефон – хайтек. Дизайн – это другое, дизайн может быть только штучным. Если я мобильный сделаю из меди – это будет дизайн. Форма, конечно, разработана дизайнером, но сам предмет должен быть дешевым потому, что он – массовый. А Филипп Старк, который штампует стулья миллионами – тоже не дизайн, но все восхищаются: «Филипп Старк! Филипп Старк!» Красота формы нивелируется, если существует много одинаковых предметов. Массовое малоценно, поэтому ценно то, что отличается от другого. Это как если на вечеринке встретятся две девушки в одинаковых платьях – ситуация не очень приятная, и выглядит странно. Люди хотят отличий, но немножечко! А ведь сейчас столько возможностей для архитектора и дизайнера - игры с фактурами, формами как в скульптуре. Дома становятся скульптуроподобными, так как техника позволяет реализовать все, что угодно. А раньше был только кирпич да бетон, теперь же появились оболочки, материалы, которые обволакивают конструкцию. Пожалуйста, делай, ты ничем не ограничен, кроме своей фантазии.


(с) 2002-2017 СибДИЗАЙН.ру

www.SibDESIGN.ru архитектура дизайн интерьеров проектирование дизайн интерьер в новосибирске
Как купить кухню в Минске по выгодной цене с отличным качеством